Вторник, окт 17th

Вы здесь: УЗБЕКИСТАН правозащитники Узбекистан: 68-летний правозащитник Нураддин Джуманиязов умер в заключении

Узбекистан: 68-летний правозащитник Нураддин Джуманиязов умер в заключении

nuraddin site
AHRCA и МППЧ стало известно, что несправедливо лишенный свободы правозащитник Нураддин Джуманиязов умер в заключении в Узбекистане. Родственники сообщили в июне 2017 года, что он умер в тюрьме 31 декабря 2016 года. Мы выражаем наши соболезнования его родным, друзьям и коллегам.
 
Нураддин ДЖУМАНИЯЗОВ, родился 8 октября 1948 года в городе Турткуле Каракалпакской АССР в Узбекистане. Был разведен. Имеет двоих детей. С 2003 года он состоял в Правозащитном центре «Мазлум», один из его учредителей. В 2012 году принял участие в создании Союза независимых профсоюзов для поддержки трудовых мигрантов и возглавил его ташкентское отделение. В январе 2014 года ему было предъявлено обвинение по статье 135, часть 3, пункт «г» «Торговля людьми» Уголовного кодекса Узбекистана, как и его коллеге правозащитнику Фахриддину Тиллаеву.
  
6 марта 2014 года Шайхантаурский районный суд по уголовным делам города Ташкента признал виновными, приговорив Нураддина Джуманиязова на 8 лет и 9 месяцев, Фахриддина Тиллаева — на 10 лет и 8 месяцев. Они оба обжаловали приговор на том основании, что их права были нарушены в ходе уголовного расследования, которое длилось меньше двух часов, а также в ходе судебного разбирательства, которое проходило с нарушениями международных стандартов справедливого правосудия. Однако в апреле 2014 года апелляция была отклонена. Покойная адвокат Полина Браунерг (она умерла от инсульта на 19 мая 2017) выступила в качестве защитника этих двух правозащитников.
  
Нураддин Джуманиязов страдал тяжелой формой диабета и был инсулинозависимым. Последний раз его видели на апелляционном слушании в апреле 2014 года, в ходе которого он попросил у своего адвоката лекарства.
  
В октябре 2014 года Полина Браунерг сообщила о том, что Нураддин Джуманиязов был помещен в «сангород - УЯ 64/18» в Ташкенте для лечения. Однако, она не смогла получить разрешение на встречу с ним до апреля 2015 года, и затем она не имела возможности посетить его, потому что должностные лица Главного управления пенитенциарных органов (далее ГУИН) не давали ей точных сведений о его местонахождении.
  
В июле 2015 года Комитет ООН по правам человека (КПЧ) поднял дело Джуманиязова во время выступления узбекской правительственной делегации, председатель которой обещал сообщить о местонахождении Нураддина Джуманиязова в течение двух недель. AHRCA и МППЧ не известно ни об одном ответе от властей по этому вопросу.
  
Вскоре после слушаний КПЧ, власти усилили давление на Полину Браунерг в Узбекистане. В июле 2015 года она вновь запросила разрешение ГУИН посетить Нураддина Джуманиязова и ей сказали, что он находился в колонии 64/49 в городе Карши на юге Узбекистана. Сотрудник администрации каршинской колонии сказал ей, что ее клиенту необходимо подать письменный запрос на встречу с адвокатом, ссылаясь на печатный вариант Уголовно-исполнительного кодекса (УИК), где в статье 10 говорится, что: «для получения юридической помощи осужденным по их заявлению предоставляется встреча с адвокатами». Адвокат Браунерг объясняла, что печатное издание отличается от интернет-версии, где в статье 10 пишется по-другому: «для получения юридической помощи осужденным по их заявлению либо по ходатайству адвоката предоставляются встречи с адвокатами наедине» . Возникла тупиковая ситуация, которую Полина Браунерг попыталась разрешить путем подачи официальных жалоб в прокуратуру и в суд. Вскоре она сообщила о получении анонимных звонков с угрозами ареста и проблем для нее и ее сына.
  
В феврале 2017 года официальный представитель ГУИН сообщил Полине Браунерг, что Нураддин Джуманиязов был переведен в «сангород», (то есть в больницу для заключенных - УЯ 64/18), и она может с ним встретиться. Когда она попросила о встрече с подзащитным и сказала, что хочет ему лично отдать лекарство от диабета, ей ответили, что Джуманиязов был переведен в колонию 64/48 в Навоийской области. Сотрудник администрации этой навоийской колонии сообщил адвокату, что у них нет такого заключенного.
 
И тогда никаким образом власти не сообщили адвокату Браунерг, что Нураддин Джуманиязов на тот момент умер два месяца назад. Учитывая характер преследований узбекских властей в отношении родственников заключенных, мы не исключаем того, что на семью Нураддина Джуманиязова оказывалось давление и поэтому полгода было не известно о его смерти.
  
Стандарты ООН четко изложены в Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой-бы то ни было форме. В них говорится, что все лица, подвергнутые заключению «имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности» [принцип 1]; что заключенные «имеют право связываться и консультироваться с адвокатом» [принцип 18]; и что заключенные должны быть обеспечены медицинским обслуживанием и лечением по необходимости и бесплатно [принцип 24].
  
AHRCA и МППЧ обеспокоены тем, что в случае с Нураддином Джуманиязовым узбекские власти не выполняли эти международные нормы, и даже препятствовали его праву видеть своего адвоката и получать необходимую медицинскую помощь. Отношение к Нураддину Джуманиязову показывает общую картину нарушений прав человека, совершаемых узбекскими властями в отношении правозащитников, журналистов и тех, кто высказывает критическое мнение, или когда их высказывания воспринимаются как критические.
 
 
 
 
Ранее мы писали об этом деле в пресс-релизах: